Богданович Елена Алексеевна
Родилась в 1968 г. в г. Алексине. Закончила школу и химико-технологический техникум, заочно Тульский политехнический институт. Работала на одном из заводов Тулы, затем вернулась в родной город. Получив второе высшее образование экономиста работает по данной специальности.
С детства очень любила читать, любимыми уроками была математика, русский язык и литература. Писать прозу начала неожиданно под влиянием творчества В. Токаревой.
В настоящее время член Алексинского Любительского Литературного Объединения «АЛЛО». Публиковалась в сборниках данного объединения «АЛЛО» /2014, 2015, 2016, 2017, 2018/ /г. Алексин/; «Ковчег»(Литературно-художественный альманах журнала «Приокские зори») /2016/ /г. Тула/.
В 2015 г., вместе с мамой, алексинской поэтессой Э. Ф. Богданович, издала сборник «Двадцать лет до вечности».
См.: Богданович, Э. Ф., Богданович Е. А. Двадцать лет до вечности/ Э. Ф. Богданович, Е. А. Богданович. – Тула: Папирус, 2015. – 141 с.; Богданович, Э. Ф., Богданович, Е. А. Отзвуки . Сборник стихотворений / Богданович, Э. Ф., Богданович Е. А. – Тула: Тульский полиграфист, 2013. – 152 с.
* обновление ноябрь 2019
|
|
Милым ребёнком, а затем милым подростком запомнилась всем своим одноклассникам Светочка Смирнова.
До десятого класса она училась хорошо, потому что ничем не увлекалась и, кроме как уроками, ей заниматься было нечем. А в десятом классе, когда все подруги повлюблялись в конкретных мальчишек, Светлана начала мечтать о большой, настоящей любви. Мечтания занимали всё её время, в дневнике стали появляться тройки и даже, правда редкие, двойки.
В общем школу Светлана закончила с тоскливым багажом, в институт не смогла поступить и пришлось ей идти работать. Мама пристроила её санитаркой в поликлинику, чтобы дочка вкусила все прелести безпрофессиональной работы, одумалась, взялась за учебники и на следующий год поступила бы в институт. Но мам не учла одного — Светлана продолжала мечтать.
Драя полы, она представляла как подготовится к поступлению в институт, поступит в него, будет учиться на отлично и после окончания института у неё будетнесколько выгодных предложений, и неженатый владелец крупной фирмы влюбится в неё и они поженятся и …
Больше всего Светке не нравилось мыть унитазы, но вскоре она нашла прекрасный способ — когда она заходила в туалет, то мечтала о том, что она будет зарабатывать много денег и будет много путешествовать. И подходя к очередному унитазу она отправлялась на Кипр, Мальдивы, Багамские острова... Однажды даже побывала в Австралии, но кроме стада кенгуру ничего не увидилось ей там.
Мечты,мечты …. Она передумала каждую деталь. А их становилось, всё больше и больше . И пришлось Свете, чтобы что-то не забыть, завести тетрадь и записывать туда все свои фантазии.
Через три года медрегистратор поликлиники ушла на пенсию и Света перешла работать на её место. Да, это было большое повышение! Во всяком случае, противные унитазы остались в прошлом. Правда, времени для мечтаний осталось меньше. Им Света предавалась по дороге на работу, с работы и дома.
Мама ругалась. Вначале сильно, а затем махнула рукой и переключила всё своё внимание на внучку, родившуюся у старшей дочери. Для Светки наступили прекрасные времена — она была предоставлена сама себе.
Придя с работы она делала себе кучу бутербродов, наливала поллитровую кружку кофе и забиралась на диван. Поджав под себя ноги она, жуя и запивая, мечтала-мечтала-мечтала.
Жизнь была бестолковая и несуразная. Единственное правило, которого придерживалась Света -это помечтала — зафиксируй. Больше правил в жизни не было. Светка толстела, старела и дичала. Подруги все давно обзавелись детьми. Да и перестали быть подругами. Родственники махнули на Светку рукой — «неприспособа». А любимый... Да, он был. Был в её мечтах, а в жизни... Реальность почти всегда менее прекрасна.
В очередную пятницу, идя с работы и неся в пакете сырьё для бутербродов, Светка залезла в почтовый ящик за квитанциями, но вместо них вытащила газету, явно не её. А в какой ящик бросить!? Решила, что почитает, а потом просто положит на подоконник рядом с почтовыми ящиками.
Бутерброды, кофе, диван, газета. «Приглашаем Вас принять участие в конкурсе писателей-самоучек.» Вот оно!!! В тридцать два года всё-таки пришло счастье. Светка отправит свои рассказы, их напечатают, их оценит. Куча предложений печататься, большие деньги. Вот оно!!!
Светка вскочила с дивана и побежала к столу, вытащила тетради с рассказами и начала перечитывать. Все выходные она занималась только тем, что что-то исправляла, что-то вычеркивала, что-то добавляла.
В понедельник написала заявление за свой счёт, чтобы вернуться к своим рукописям и снова исправлять, вычеркивать, добавлять.
В среду Светка была ещё больше не в духе. Опять исправляла, черкала, писала.
В четверг решилась и позвонила по указанному в объявлении телефону. Ей сказали, что до первого марта надо прислать по электронной почте (адрес указан в объявлении) несколько произведений объёмом не более семи страниц.
Светка положила трубку и заплакала. Как можно сократить её рассказ до семи страниц? Это просто обрезать мечту! А ещё надо набрать текст. Светка в регистратуре сидит за компьютером, но кроме заполнения талонов в установленной программе она ничего не умеет делать.
И Светка позвонила Марине, своей сестре. Стыдно было. У Маринки в пятницу двадцать первого февраля был день рождения, а Светка совершенно забыла — объявление в газете полностью выбило из привычной жизни.
Маринка была реалисткой. Капризы типа «а ты меня не любишь» были ей противны. Она бросила в трубку: «Приходи», и повесила трубку.
Светка собрала свои рукописи и пошла.
Ей было страшно. Она столько лет писала, но никогда никому не то что не показывала, а даже не рассказывала об этом. Как воспримет сестра, а вдруг она пренебрежительно отзовётся о Светкиных детищах. Это же конец. Светка остановилась, постояла минуту и развернулась в сторону своего дома. Прошла метров тридцать и опять остановилась. Но ведь это же шанс. Шанс выбраться из этой монотонной болотистой жизни. И Светка решительно направилась к сестре.
Когда Светка вывалила свои тетради на стол перед Мариной, у той глаза расширились от удивления — это всё написала её сестра!
Самое сложное было выбрать. Светка лихорадочно металась между своими рассказами. Что, что выбрать и как выбрать если это всё родное, живое, её?
Марина читала молча, рассказ за рассказом, и в какой-то момент слёзы жалости к сестре, к её бестолковой жизни тихо покатились из глаз. Нет, Марина была реалисткой, она не станет рыдать навзрыд. Но она вспомнила, что тоже обо всём этом мечтала. Ком жалости подкатил к горлу и Марина заревела.
Обнявшись сёстры просидели до ночи. Они вспоминали, смеялись, грустили. Они снова были родными и близкими.
Марина упросила оставить рассказы, чтобы почитать их в спокойной обстановке.
Рассказ, конечно же, о любви был отправлен вовремя. Светка с нетерпением ждала результатов. А Марина, никому ничего не сказав, каждый вечер сидела за компьютером и набирала произведения сестры.
Через два месяца результаты были оглашены. Светкина фамилия нигде не была упомянута. Это был чёрный день. Рухнуло всё.
Светка пришла к Марине, забрала все тетради, отправилась в лес и сожгла всё. Рукописи не горят? Ха, ещё как горят. Быстро скручиваясь, превращаясь в кучку пепла. Даже слёз не было.
Внешне всё осталось по прежнему. Работа, дом, иногда магазин. Не было бутербродов, кофе и дивана. А главное — не было мечт. Ни одной.
Восемнадцатого июля Светке исполнилось тридцать три года. Родственники без приглашения завалили толпой. Хорошо хоть со своей едой и вином. Все обратили внимание что именинница похудела, а некоторые заметили, что в её глазах потухли весёлые огонёчки. Вслух было произнесено только первое.
Когда уже была выпита первая рюмочка, началась процедура вручения подарков. Мама подарила шаль ярко красного цвета, племянница — вышивку, сделанную большей частью мамиными руками, двоюродный брат — деньги со словами « не отказывай себе ни в чём в пределах суммы», а Марина протянула Светке книжку, автором которой значилась Светлана Смирнова.
Шок, смятение... Светка плюхнулась на диван и начала лихорадочно листать книгу : «Свежий ветер», «Любовь», «Первый поцелуй», «Мечта», «Весенняя встреча»..... Господи!!!
Это же то, что она считала потерянным безвозвратно!
Её мечты вернулись к ней.
Мы с Наташкой, как и договаривались, встретились на Ленинском проспекте, спустились и сели в вагон. Нам нужно было ехать до бульвара Дмитрия Донского. Там была стоянка автобусов, идущих в Алексин, где мы собирались провести выходные в моём, теперь уже точно моём, доме.
Настроение было отличное и у меня, и у Наташки. Да, что там, я была просто счастлива. Мой муж пять лет метался между мной и любовницей, а месяц назад наконец-то определился. Он ушёл из моей жизни и оставил мне всё: квартиру, машину и дом в Егнышевке (как раз туда мы и ехали). А у Натахи полгода назад начался бурный роман (у неё все романы были бурными), а несколько дней назад её бой-френд сделал официальное предложение. Ну, на «френда» он ещё как-то тянет, а вот на «боя» уже никак. Всё равно предложение было с радостью принято. Пик счастья достигнут.
И вот в таком приподнятом настроении мы катили в немного потертом вагоне метро. Народа в это утренний час было мало: две старушки и молодая мамочка с малолетним капризным сынулей, который требовал «кляку». Мамаша по очереди предлагала ему булку, сок, машинку, свой кошелёк, но это всё не было «клякой». Похоже все стали перебирать в уме вещи, которые хоть как-то походили на «кляку». Никто ничего не мог придумать, а малыш занудно продолжал требовать.
На следующей остановке в вагон вошла пара и уселась почти напротив нас. По виду они были нашими ровесниками — лет сорока пяти. Они смотрели в окно вагона за нашими спинами, как в зеркало, и улыбались отражению друг друга. Мы им не мешали, нас просто не было.
Я почувствовала, как червячок зависти зашевелился в Наташкиной душе. Мой тоже проснулся и начал ворочаться.
Естественно, мы сразу стали искать недостатки. На миловидном лице женщины уже проглядывали морщинки, мужчина был с небольшим животиком. Мы с Наташкой придирчиво сканировали их дальше: полуботинки женщины явно были не новыми — второго или третьего сезона носки, курточка на мужчине тоже была потертой. И нос у него был кривоватый.
Мужчина и женщина одновременно посмотрели друг другу в глаза и улыбнулись. Только друг другу. Но волна дошла даже до нас.
Червяки уже вылезли из наших душ, разрослись до неприличных размеров и сплелись в единый клубок.
А еще эта парочка имела рюкзачки, небольшие, аккуратненькие, у него – черный, у нее – белый. Ходить с такими рюкзачками в их возрасте просто неприлично!
Мужчина положил руку на свое колено и медленно раскрыл кулак, как бабочка распахивает свои крылья, садясь на цветок. Ладонь казалась мягкой и теплой. Женщина почти тут же положила свою руку сверху. Ладонь к ладони. Столько нежности, доверия и душевности было в этом жесте, что мы с Наташкой даже замерли на секунду и перестали завидовать. Мы просто любовались любовью.
